Как из лего сделать машину легко

Как из лего сделать машину легко
Как из лего сделать машину легко
Как из лего сделать машину легко
Как из лего сделать машину легко
Как из лего сделать машину легко

Анастасия Денисова, Антонина Пушкарева
Научный руководитель: Елена Андреевна Удалова

Я ВОСПИТЫВАЮ ПРИНЦА! Воспитание ребенка с учетом интертипных отношений: погашение в паре ДОСТОЕВСКИЙ (родитель) — ГАМЛЕТ (ребенок)

В статье рассматриваются важнейшие особенности взаимодействия родителя и ребенка, составляющих по социотипу пару погашения, или полной противоположности. Приведены многочисленные примеры подобного взаимодействия, а также даны рекомендации по созданию условий гармоничного развития ребенка в такой паре.
Представленные примеры взяты непосредственно из жизни: это наблюдения, опыт и текущая реальность автора статьи — профессионального психолога, учителя начальных классов, преподавателя Школы Прикладной Соционики под руководством Е.А. Удаловой, мамы восьмилетнего Арсения — Анастасии Денисовой.

Согласно соционическому знанию, существует 16 типов восприятия и переработки информации. Между ними складываются отношения различной степени комфортности. Найти взаимопонимание с человеком другого ТИМа далеко не просто. Соционика дает четкие рекомендации по налаживанию контакта между людьми с разными типами восприятия и поддержанию успешного общения в любой паре и группе.

Практическая польза соционического знания наблюдается, в первую очередь, в семейном взаимодействии — особенно, в сочетании «родитель — ребенок». Зная свою информационную структуру и тип ребенка и учитывая характер интертипных отношений, родитель может сознательно избегать болезненных для ребенка тем и сюжетов поведения и преподносить информацию об окружающем мире на доступном ребенку языке. Благодаря этому снижается острота проблемы взаимопонимания родителя и ребенка, и их взаимодействие становится гораздо радостнее и продуктивнее.

Отсутствие представления о типе информационного метаболизма ребенка приводит к тому, что родители, используя широкий спектр методов воспитательного воздействия, «случайно» могут применить такой способ влияния, который окажется травмирующим для подрастающего человечка. Дело в том, что не существует информации, которая однозначно воспринималась бы всеми типами как безусловно положительная. Знание типовых особенностей позволяет более гибко подбирать режим обучения для каждого ребенка, разгружать его слабые функции и развивать таланты.

Пример. Мама Достоевский про восьмилетнего сына Гамлета: «Я уделяю большое внимание развитию черной этики, т.к. точно знаю, что если она «растет как трава», то такая этика эмоций впоследствии часто проявляется у человека как истеричность и эмоциональная неуравновешенность. А если ее еще и ограничивают всё детство в ключе «не кричи, не говори громко», то это только усугубляет ситуацию. В итоге человек становится истеричным, взбалмошным и эгоистичным. При этом подавление основы личности приводит к падению самооценки ребенка. А поскольку белая этика у него ограничительная, то он начинает транслировать наплевательское отношение к людям, и его поведение перерастает в самопрезентацию: самое главное — показать себя любимого.

Я каждый раз отслеживаю моменты проявления черной этики у моего сына, аккуратненько доношу до него мысль: «Арсений, ты прекрасен! Ты, конечно, великолепно танцуешь и поешь, но внимательно смотри на обратную связь: нравится это или нет в данный момент? Может, сейчас окружающие хотят спокойно чай попить, а ты опять со своей самопрезентацией и эмоциями. Важно быть уместным, быть вовремя, а не всегда навязчиво светить.

Порой черные этики могут устроить драму ради драмы. Вот пример последней такой ситуации. Мы живем с тетей Оксаной, она Бальзак. Я с сыном много раз проговаривала и обсуждала наши с ней отношения, мы с ним договаривались, что все дружим, не ссоримся и поддерживаем дома хорошую атмосферу — и он это знает. И вот под новый год мы приходим домой и видим Оксану, только что вернувшуюся с корпоратива, с оригинальной прической: двумя, такими своеобразными, косичками. Она в хорошем настроении, и вдруг Арсений подходит к ней и заявляет: «А вам не идет!». Бальзак обиделась и моментально среагировала: «Ты последний человек, с которым я сейчас готова это обсуждать!». Он: «Ну, не прокатило, ну и ладно!» — и гордый пошел в свою комнату. А я вижу, что он провоцировал ситуацию, чтобы Оксана обиделась. Он и не собирался ничего обсуждать. Он просто менял атмосферу, как ему захочется. Мне пришлось напомнить сыну про наши договоренности о позитивной, доброжелательной атмосфере дома, которую важно беречь и не подвергать лишней драматизации ради его эмоционального удовольствия.

Я часто общаюсь с черными этиками — не только детьми, но и взрослыми. Они признаются, что довольно часто специально сознательно доводят людей до обиды, эмоционально их раскачивают, чтобы «мертвяка не было», а шел какой-то ток энергии — при этом не важно, что он со знаком минус. И вот, когда окружающие взрываются, эти этики с удовольствием сглаживают ситуацию. Именно поэтому столь важно еще с детства проводить воспитательную работу с черными этиками, доносить до них степень их ответственности за атмосферу и настроение вокруг них, чтобы они осознавали, что по своей «информационной природе» они могут оказывать слишком сильное влияние на окружение».

Вопрос грамотной профориентации и творческой реализации рано или поздно встает перед каждым человеком. Соционика — это отличная подсказка, подспорье и инструмент для ориентации ребенка в столь важном деле, как выбор профессии. Чаще всего за неимением четких параметров и таких подсказок, родители опираются на бытовые или экономические соображения или следуют советам тех, кто определил способности ребенка «на глазок». Сколько трудов и переживаний приходится потом преодолеть уже взрослому человеку, чтобы «вырулить» на свою жизненную дорогу. И ведь есть те, кому это не удается, и они привыкают считать себя «посредственностями по жизни». Чем раньше будут определены сильные и слабые функции ребенка, заложенные от рождения, тем более целенаправленно можно наполнять его верхний блок и тем легче будет становление подрастающего человека и процесс его самореализации.

Пример. Ребенок Гамлет активно общается с другими детьми и с энтузиазмом подхватывает идеи о том, кем ему стать, когда вырастет. Однажды он пришел к маме с настойчивым желанием стать врачом. Мама, осознавая, что Гамлет в силу слабой белой сенсорики, может столкнуться со сложностями в освоении анатомии — не отговаривая сына сразу — предложила ему понаблюдать, с чем приходится иметь дело врачам. Она показала маленькому Гамлету фильмы и мультфильмы, где есть персонажи-врачи. После такого целенаправленного ознакомления с врачебным спектром деятельности ребенок Гамлет сам пришел к понимаю, что темы, связанные со здоровьем, болезнями и т.п. вызывают у него напряжение. Через некоторое время он признался маме, что уже расхотел быть доктором.

Далее рассмотрим подробнее особенности взаимодействия и воспитательного процесса в паре родитель Достоевский — ребенок Гамлет, с учетом интертипных отношений этой пары. Для начала отдельно проанализируем сильные и слабые стороны каждого из этих типов в соответствующей роли.

Блок «эго»: Базовая функция (основа личности) типа Достоевский — этика отношений, творческая функция — интуиция возможностей. Во взрослом состоянии Достоевский хорошо чувствует всю сеть человеческих отношений, и прежде всего в семье. К каждому члену семьи он сумеет найти свой подход. Гибкость вариантов, которую обеспечивает интуиция возможностей, способствует поиску способов бесконфликтного взаимодействия: посочувствует, вызовет сочувствие к себе, создаст соответствующий настрой. Всё напряжение в отношениях, которое Достоевский как тонкий психолог почувствовал, он стремится снять и изменить обстановку и настрой людей — при необходимости, многократно и разными способами. Чувствование душевных порывов, их поддержка и поиск вариантов разрешения конфликтов — естественное состояние Достоевского, приносящее ему радость самореализации. Благодаря сильной интуиции возможностей Достоевский хорошо чувствует склонности, способности, возможности развития людей.

В роли родителя Достоевский очень ревностно следит за дружелюбной атмосферой в доме и ровными отношениями с детьми, часто выручает своих детей по этическим вопросам, сглаживая их переживания и сложностям взаимодействия с окружающими. Родитель типа Достоевский очень верно оценивает потенциал, возможности своего ребенка и старается целенаправленно эти склонности поддерживать и развивать.

Пример. Мама Достоевский о себе: «Долгое время я не верила в себя в плане этики, т.к. вокруг меня, и прежде всего в семье, были все логики — папа, мама, сестра. Я считала себя какой-то странной, будто я как-то не так думаю, и окружающие меня не понимают. Более осознанно я стала относиться к своей этике несколько лет назад, после изучения соционики.

Я получила подтверждение, что я действительно обладаю определенными способностями и могу в эмоциональном плане помогать окружающим. А самое главное — что ничего другого от меня и не требуется и это и есть мое предназначение. Тогда я «на законных основаниях» отбросила все сомнения в своих талантах, и этика очень быстро «распустилась», «расцвела», раскрылась сама без всяких усилий. Удивительно, но с каждым годом растет ощущение того, сколько еще впереди, сколько открытий предстоит совершить, скольким людям помочь, выводя их к гармоничной жизни!

Еще будучи ребенком, слыша, как родители ссорятся, я не могла заснуть, пока не находила повод прийти на кухню и «разрулить» ситуацию — чтобы все снова подружились! Часто я делала это не словами. Подойду к папе и обниму его, потом маму обниму, потом они мирятся — а вот потом можно и спать идти… Что происходит с человеком, я всегда видела, и когда бабушка, а она Гюго, что-то говорила человеку с целью манипуляции, я это чувствовала и всегда ее спрашивала: «Бабушка, а зачем ты сейчас это говоришь?» На что она мне отвечала, понимая, что ее раскусили: «Настенька, ну какая ты у меня хитрая!»

Сейчас, уже зная из соционики про свою сильную этику, я сама ее больше ценю. Поэтому, когда мой папа в очередной раз возмущается в связи с какими-то логическими моментами: «Что ж ты не можешь элементарного в этих вопросах понять?!» — то я ему говорю: «А когда с бабушкой у тебя какие-то проблемы, кто мне звонит?» И он это признает. Папа советуется со мной по поводу всех семейных отношений. Я всегда помогала разрешать конфликты между ним и его мамой (моей бабушкой, Гюго) или между ним и моей мамой. А бабушка, да, скандалы устраивала частенько. В таком случае я сначала работала с состоянием моего папы, с его обидой на определенные бабушкины слова: «Ну, чего ты повелся? У тебя сердце одно, и оно работает для нас всех, его важно беречь…» — с Габеном долго говорить про этику нельзя, и я быстро останавливаю себя. Потом звонила бабушке, чтобы восстановить отношения между ними: «Ты зачем папе такое обидное сказала? Он ночами не спит! Сейчас ему не звони, потом позвони…» И бабушка звонит и прощения у папы просит. А для него это чудо: как это так, бабушка сама звонит! Хотя через некоторое время папа понял, что это чудо делаю я, и теперь стал это использовать иногда: «Там твоя мама почему-то на меня обиделась, разберись-ка, чего это она…»

Блок «суперэго»: Ролевая функция Достоевского — структурная логика, болевая функция (точка наименьшего сопротивления) — волевая сенсорика. В состоянии социальной адаптации Достоевский демонстрирует умение объяснить и аргументировать. Он становится серьезен, сосредоточен, любит графики и схемы, последовательность и порядок. Правил и шаблонов логического поведения в культуре очень много, и двумерность ролевой функции позволяет Достоевскому запоминать и использовать их в количестве, достаточном для существования в социуме. Достоевский может неплохо усваивать и использовать информацию, представленную в виде графиков и таблиц, ему доступно освоение компьютерных программ и юридических документов. Но при этом все ходы должны быть записаны, чтобы ему было где черпать уверенность в каждом следующем шаге. Родитель Достоевский на бесконечные детские вопросы-«почемучки» отвечает с большим удовольствием. Базовые сведения о разных предметах и явлениях он дает очень простым языком, понятно объясняя и легко утоляя жажду ребенка узнавать о мире больше. Кроме того, родитель Достоевский, привлекая сильные функции, по реакции ребенка хорошо чувствует степень понимания, усвоения информации и может повторять или корректировать сказанное.

Пример. Достоевский про объяснения: «После знакомства в учебнике со стихотворением Анны Ахматовой, дети во втором классе попросили меня рассказать им больше про самого автора. Я перечитала ее биографию. Мне предстояло очень простыми словами, при этом кратко и живо, рассказать про нелегкую жизнь поэтессы. И я это сделала для детей таким образом, чтобы они смогли не только узнать об авторе, но и лучше понять само изучаемое стихотворение, непростое даже для взрослого восприятия.

Я представила детям всю картинку — как маленькая девочка, которая долгое время жила в Париже, превратилась в ту поэтессу, того взрослого человека, который умел писать стихи и таким образом выражал себя, который им оставил такое послание в стихотворном виде. Ведь это стихотворение-послание! Рассказывала ее истории из детства, о том, как она вышла замуж, как жила во время войны. Благодаря этому, мне кажется, дети лучше поняли человека, и поэтому смогли раскрыть для себя все строчки ее послания.

После этого мои ученики тоже захотели писать стихи. Но не у всех получалось. Я им объяснила, что выражать себя можно разными способами: и танцевать, и вырезать, и лепить, и рисовать, и писать рассказы, и т.п. Они обрадовались, что тоже смогут оставить свои послания потомкам».

Разговоры о дисциплине, приказания, жесткие требования, попытки установить собственные правила на территории, которую Достоевский считает своей, проникновение на нее воспринимаются болезненно и могут стать причиной не дозированной агрессии. Достоевский тяжело переносит давление и грубость, даже если они не направлены на него лично.

Пример. Достоевский про агрессию: «Недавно у нас дома потекли трубы, и мы вызвали сантехников. Они, шутя (но в моем восприятии с некоторым агрессивным наездом), стали говорить: «Так, почему нарушаете?» Я ощутила, как внутри меня что-то закипело негодованием и острым чувством несправедливости, и начала возмущаться в ответ: «Это МЫ нарушаем?! Да это мы САМИ вас позвали разобраться!» Хорошо, что рядом была подруга Штирлиц, которая отшутилась на грубость пришедших сантехников, и те спокойно принялись за дело: «Да не волнуйтесь, сейчас всё исправим».

Блок «суперид»: Суггестивная функция Достоевского — деловая логика, референтная функция — сенсорика ощущений. Достоевский может успешно заниматься садоводством и кулинарией, ухаживать за больными. Но при этом все действия должны быть записаны, чтобы можно было себя перепроверить, если потребуется. Достоевский ценит людей деловых и предприимчивых. Любит комфорт, но организовать его самостоятельно не всегда может. Радуется вкусной еде, сам способен готовить несложные блюда, в основном по рецептам. Часто увлекается всякого рода рукоделиями, но редко доводит начатое до конца. С удовольствием прислушивается к советам относительно здоровья. Плохо переносит рассказы о телесных недугах, заболеваниях и травмах — особенно, если они изобилуют красочными подробностями. Еще хуже, если ему приходится видеть подобное в жизни или по телевизору. Не любит Достоевский хозяйственных забот таких, как уборка, хотя чистоту ценит. Часто ошибается с выбором продуктов (они не всегда оказываются качественными и вкусными), одежды и обуви (может приобрести неподходящий размер, неудобные вещи, обувь которую впоследствии оказывается невозможно носить). Однако, как правило, у родителя Достоевского есть в запасе большой набор правил, ритуалов, шаблонов по сенсорной заботе о ребенке, поэтому с уходом за маленькими детьми Достоевский вполне справляется, опираясь на советы, подсказки, примеры.

Пример. Достоевский про уборку: «В детстве одна и та же история повторялась из раза в раз. Мама мне говорит: «Надо убраться». Я уберусь, как могу, что-то не увижу, где-то не протру, хотя стараюсь сделать всё очень тщательно. Мама видит, что «не всё идеально», и каждый раз удивляется: «Ну как это можно было не заметить?!» А я, и правда, не заметила. И я себя корила, переживала, что не аккуратна и «дела не вижу». Или, бывало, мама звонит и перечисляет, какие дела нужно сделать. Я из этого списка три пункта сделаю, а один обязательно забуду. И мама опять возмущается: «Я ж ведь всё подробно объяснила, только что всё проговорили, как забыть можно?»

В бытовых вопросах я стараюсь вводить для нас с сыном простые правила и ритуалы. Это очень помогает, т.к. я сама давно поняла про себя, что уследить за всеми мелочами мне не удается: иногда могу не заметить, что у сына кофта порвалась, а он ее опять одевает и т.д. Выручает и меня и его то, что я приучаю сына к ежедневным простым бытовым правилам типа «снял носочки — отнеси их в ванную и сразу положи в стиральную машину».

Блок «ид»: Ограничительная функция Достоевского — этика эмоций, фоновая функция — интуиция времени. Этика эмоций в седьмой позиции располагает к манипуляции настроением. А благодаря фоновой Достоевский бессознательно ощущает своевременность тех или иных действий. Может ускорить или замедлить свой темп. Не упускает выпадающих шансов. Обладает чувством стиля. Свои прогнозы, как правило, не озвучивает, но чувствует тенденции и направление развития текущих процессов, особенно в отношениях. В общении с ребенком, родитель Достоевский при необходимости может точечно и действенно управлять настроением: успокоить ребенка, развеселить или приободрить. Четырехмерная интуиция времени позволят регулировать темпы при сборах в школу или в какую-то поездку, чтобы оказаться с ребенком в нужном месте в нужное время.

Пример. Достоевский про эмоции: «Я всегда думала, что мои эмоции — это какой-то неконтролируемый процесс. Накрывают меня «как топор», и я уже сама не своя. Так получилось, что в моей родительской семье есть Габен (папа) и Бальзак (сестра). Свои особенно эмоциональные состояния я тщательно от них скрывала, т.к. всегда чувствовала, что им тяжело их переносить. Со временем даже горло стало болеть. Доктор сказал, что это психосоматика и надо кричать или петь. Тогда я стала с друзьями (подростковый возраст) ходить в лес и ОЧЕНЬ громко петь! Там хорошо, тишина… и тут я, такая громкая, вклиниваюсь в гармонию леса и после этого «громогласия» еще больше наслаждаюсь тишиной… Всё как бы замирает и ждет, будет ли продолжение или уже не повторится никогда!

Сейчас в моем окружении больше Штирлицев и Джеков. С ними все иначе, не так, как мне было привычно в родительской семье. Иногда, когда немножечко повышаешь голос, они начинают лучше слушать. С другой стороны, я заметила, что в эмоциональном плане я, «как губка»: когда человеку грустно, или страшно, или беспокойно — я как бы впитываю его эмоции. В итоге человеку легче, а мне не тяжело: «губочку поменяла, сполоснула и дальше пошла».

С сыном Гамлетом взаимодействие тоже интересно происходит: я могу влиять на его эмоциональное состояние. Когда у него случается эмоциональное буйство (например, он сильно плачет), то эту негативную эмоцию я могу резко погасить и переключить его на новую, спокойную, красивую или шумно-веселую эмоцию, в зависимости от того, что нужно».

Блок «эго»: Базовая функция (основа личности) типа Гамлет — этика эмоций, творческая функция — интуиция времени. При правильном развитии Гамлет любит состояния энтузиазма и умеет адекватно использовать возникший адреналин. Если вокруг собрались зрители, то все они будут вовлечены в стихию страсти и бурных эмоций. Гамлет авторски подходит к созданию эмоций, формируя вокруг себя такую атмосферу, которую считает нужной в данный момент. Сам эмоционально устойчив: его сложно вовлечь в бурные переживания и панику. Умеет зажечь сколь угодно много народу, часто угадывает тенденции в ожиданиях окружающих, может ярко и образно рассказывать истории и обрисовывать события.

Пример. На отдыхе объединились несколько семей с детьми, и родители решили устроить детский праздник в номере отеля. Накупили мороженного, фруктов, накрыли стол и попросили ребенка Гамлета позвать других детей из отеля, с кем он успел познакомиться во время отдыха. В итоге собралось такое количество детей, что не хватало ни ложек, ни чашек, ни места в номере, дети стояли в очереди за дверью, сидели на ступенях холла… Родители были в шоке, а ребенок Гамлет пояснил: «Это я позвал только тех, с кем знаком! Незнакомых я не звал!»

Рассуждения маленького Гамлета про время: «Мамочка, вот знаешь, время — это как зубы. Маленький ребенок рождается, у него зубов нет, время еще не запустилось у него. А вот потом они начинают расти и расти, и вырастают ВСЕ! А к старости опять их нет, потому что времени уже тоже мало становится. А потом смерть… А что тут страшного? Ничего!»

Блок «суперэго»: Ролевая функция Гамлета — деловая логика, болевая функция (точка наименьшего сопротивления) — белая сенсорика. Гамлет может усвоить хорошо объясненные технологические приемы и рассказать о них, если потребуется. Прекрасно имитирует деловой стиль, демонстрирует предприимчивость. Слабо ориентируется в своих собственных ощущениях: ему нелегко понять, здоров он или слегка приболел, голоден, замерз или просто устал сидеть в неудобной позе.

Пример. Ребенок Гамлет принес маме анатомический атлас, чтобы вместе посмотреть картинки. Когда он увидел изображение внутренних органов на фоне скелета человека, то заплакал: «Мамочка, зачем же его так разрезали?»

Блок «суперид»: Суггестивная функция Гамлета — структурная логика, референтная функция — волевая сенсорика. Гамлет любит, когда ему подробно и разумно объясняют любые действия, оказывают волевую поддержку. Он ценит тех, кто может ненавязчиво и мягко, почти без слов, обеспечить самый необходимый разумный минимум комфорта для жизни и здоровья, чтобы можно было не отвлекаться на бытовую суету.

Пример: «Давно заметила, что с сыном надо пообщаться перед тем как сделать какую-либо лечебную процедуру — помазать йодом, вытащить занозу и т.д. А если просто занести над ним иглу или скальпель, то он реально думает, что его разрежут. Один раз он рассек бровь, мы приехали в поликлинику, и врач взял его у меня из рук и унес. Вначале я поддалась, но тут же услышала истошных крик сына, как перед смертью. Я открыла дверь кабинета, а там врач уже занес над сыном иглу, чтобы зашить рассеченную бровь. Я забрала ребенка, железным голосом сказала доктору: «Спасибо, Вы нам очень помогли, дальше мы не нуждаемся в ваших услугах!» Откуда-то в памяти всплыло положение о добровольном отказе от медицинской помощи — подписала этот отказ. Потом мы нашли знакомого врача, который вначале все подробно объяснил сыну: «Я сначала уколю укольчик, у тебя будет заморозка, ты в этом месте не будешь ничего чувствовать, потом сделаем тебе спаечки, это нужно для того-то и того-то, и т.д.». Вот в таких условиях мой сын доверился доктору. Он в этот момент знал, что с ним будет происходить, а в его представлении, если человек все может объяснить, то значит, он надежный».

Блок «ид»: Ограничительная функция Гамлета — этика отношений, фоновая функция — интуиция возможностей. Свое душевное состояние Гамлет обсуждать не любит. Если его обидели, даже невзначай, наказание для вас одно — его плохое настроение, он может долго ходить мрачный, всем своим видом показывая, как сильно он оскорблен и рассержен.

Пример: «Недавно Арсений с другом играли на площадке. Потом к ним присоединился еще один мальчик, но он вскоре стал драться и обзываться, и поставил друга Арсения в неловкое положение. Друг обиделся и ушел, крикнув: «Я с вами не дружу!» Арсений спросил вдогонку: «И со мной?» Обиженный друг ответил: «И с тобой тоже!» Это очень поразило маленького Гамлета: за что, почему, причем тут он?! Стали рассуждать обо всем этом… Я ему говорю: «Так подойди и просто начни с другом играть, он же сам себя не контролировал, обиделся на весь свет!» Арсений в ответ: «Ну как это, мамочка, я подойду, он же сказал, что не дружит со мной. Если я подойду, то это поставит его в тупик, ему нечего будет ответить, а это плохо ставить человека в тупик, это как в башню его запереть и не выпускать!» Чтобы помочь сыну выйти из его самоограничения по белой этике, я предложила: «Так ты потом его из башни и достанешь. Спросишь, на что он обиделся, ему нечего будет ответить, тогда скажешь, что раз нечего, значит, мы снова друзья». И таким образом отношения с другом он восстановил».

В этих симметричных отношениях довольно близких по структуре типов и Достоевский, и Гамлет воспринимают мир похожим образом, но важность явлений оценивают по-разному. Это очень часто выражается в том, что складывается ощущение, будто все договоренности между мамой и сыном достигнуты, а на поверку оказывается, что под одними и теми же словами каждый подразумевал нечто свое. Такая разница при, казалось бы, внешне одинаковых интересах возникает на каждом шагу. Приходится затрачивать время на их состыковку и разъяснение намерений. Кроме того, проблемы здесь тоже похожи: можно легко согласовать оценки в области сильных функций, но в области слабых функций поддержки обычно не ощущается.

1. Информация с базовой (1) функции одного попадает на ограничительную (7) другого. Личностные проявления, задевающие интересы кого-то из двоих, немедленно ограничиваются.

Пример. Черные этики зачастую «играют с людьми», доводя их до определенного эмоционального состояния. В I и во II квадре, где есть черные этики, всеми типами нормально воспринимается драматизация: «Не подходи ко мне! Мы с тобой больше не общаемся!» Здесь эмоциональная игра приветствуется, поскольку вносит желанное оживление. И, конечно, маленький Гамлет подобное периодически устраивает. Мама Достоевский реагирует на это естественным ограничением: «Арсений! С чувством любви нельзя проводить эксперименты. Кто ты такой, чтобы этим чувством вот так играть? Ты знаешь, что это за чувство?» Сын сразу «гасится», уменьшает свой пыл. Раньше он подобное от мамы просто выслушивал, а сейчас останавливает: «Мамочка, все понятно, не надо мне опять об этом».

2. Информация с творческой (2) функции попадает на фоновую (8). Творчество оценивается адекватно, но не вызывает желания присоединиться. В лучшем случае, это толковая и своевременная помощь.

Пример. «Мой сын часто затевает игру с вопросами «когда». Например, мы решили, что купим ему в подарок «Лего», а он начинает задавать вопросы про время:
— Когда купим?
— Скоро.
— Когда скоро?
— Во вторник.
— Во вторник — а когда вторник?
— Через два дня.
— А это еще долго?
— Еще один вопрос, и мне уже расхочется покупать тебе подарок!
— Все, мамочка, ладно.
Я ловлю себя на мысли, что эти бесконечные игры со временем в какой-то момент перестают меня вдохновлять, и мне не хочется поддерживать игру в «когда». Мне хочется, чтобы ему захотелось какую-то игрушку, а вскоре я с подарком, все совпало, и вот прекрасный подарок!»

3. Информация с ролевой функции (3) попадает на (5). Социальные роли друг друга производят впечатление, и их значимость невольно преувеличивается.

Пример. «Вспоминается такой случай. Сын был маленький, года три ему было. Рядом с домом находился магазин «Детский мир», и мы часто там что-нибудь покупали. Каждый раз я говорила сыну: «Сегодня мы покупаем не игрушки, мы идем по делу!» Но каждый раз он хотел чего-то для себя: дрель, как у дедушки, или машинку, или что-нибудь подобное. И каждый раз, когда я уже подходила к кассе, он мне приносил это что-то: то, что он хотел, но только маленький аналог. Дешевый. Рублей за сто. И я покупала — ну, раз недорого. И я каждый раз удивлялась: где же он всё это находит в магазине, в этом огромном магазине, где найти какую-то вещь практически нереально? Где-то раз на пятый ко мне подошла продавщица: «Ах, так вот кто мама этого мальчика! Он ко мне частенько подходит и просит что-нибудь выбрать — мол, помогите мне, пожалуйста, мне нужна машинка, дрель или самолет, но дорогой мне мама не купит, а вот маленькое — да, очень маленькое и дешевое, купит, найдите это, пожалуйста!» И продавщица находила — а я покупала.

После этого случая я начала даже сомневаться, не Джек ли мой сын. Все это ведь меня впечатлило — я в этом увидела деловую логику: так подойти, поинтересоваться и все организовать! Не сильная ли у сына деловая логика — может он Джек, на самом деле? Я даже начала специально присматриваться к его проявлениям. И вот что отметила в этом ключе для себя. Он любил говорить: «Я куплю большой джип! И буду возить маму на большом джипе! А еще я куплю большой дом, вас всех туда поселю, и бабушку, и дедушку, и маму…» Я мне хотелось в этом видеть крутую деловую логику, которая мне на пятую функцию приходится, и что за таким сыном вообще не страшно…»

4. Информация с болевой точки (4) попадает на референтную функцию (6). Это слабое место отношений, т.к. оба участника отношений не могут отнестись к информации критически, и ситуация быстро выходит из-под контроля.

Пример. «Учительница моего сына в музыкальной школе по поводу урока сольфеджио жалуется: «Арсений очень невнимательный, не может усидеть на одном месте, постоянно двигается». А там действительно надо 40 минут скрупулезно и аккуратно вырисовывать нотки. Сына это ужасно раздражает. Он сидит со стеклянным лицом, как в «отключке», и в одну точку смотрит. По предложению учительницы, я приходила на урок вместе с сыном: очевидно было, что тяжело ему эти нотки даются — а помочь я ничем не могу, только переживаю за него очень. Я и забыла, что у самой подобные сложности были: могла 40 минут с одной строчкой в прописях копаться.

Несмотря на это, я бессознательно воспринимаю его трудности в мелочах и невнимательность как нежелание внутренне «собраться». Например, он может не обратить внимание и взять мешок без сменки или надеть кофту, в которой большая дырка. И хотя я часто говорю ему: «Арсений, соберись! Ты сменку взял?» — мне не всегда удается отслеживать подобные мелочи. И когда кто-то третий делает нам замечание, упрекает в недисциплинированности, я сильно расстраиваюсь: ведь мне и самой поддержка по белой сенсорике нужна.

По черной сенсорике мы с сыном тоже «провисаем»: бывает, кто-то в казенных учреждениях начинает «наезжать», например врач: «Как это так, вы не сделали прививку?» И мы вместе с сыном начинаем оправдываться, я ощущаю себя школьницей, которую на ковер вызвали. Чувствую, что сын ждет, чтобы мама как-то отстояла и себя и его. А отстаивать не получается, получается оправдываться. И меня это тяготит».

Погашение — это активные отношения, для них характерен интересный и полезный обмен мнениями, информацией, дискуссии. Но вот личные интересы согласовать трудно, т.к. они имеют разную направленность: сначала кажется, что интересы совпадают и они понятны, очевидны, а на поверку оказывается, что это совпадение только внешнее, и участники отношений имеют совершенно разные цели и ожидания.

Пример. «Очень часто у нас происходят разногласия по интересам, хотя на первый взгляд кажется, что они полностью совпадают. Например, мы договариваемся, что вместе позвоним дедушке. Для меня, как для Достоевского, позвонить дедушке — это сделать шаг по белой этике, т.е. поинтересоваться его настроением, самочувствием, сказать, как мы его любим, какой он у нас хороший. У Арсения это выглядит так:
— Дед, привет! Я вот тут это видел… я вот это делал… я вот это сказал…
Я прерываю в какой-то момент: «Ты чего все о себе? Мы же позвонили дедушке, чтобы его проведать, а ты о нем что-то спросил?» На это Арсений:
— Дед, давай я тебе заново перезвоню…
Перезванивает:
— Дед, у тебя как дела, нормально все? Когда ты ко мне приедешь?…
Опять о себе! И подобное красование постоянно. Все о себе! Как будто он в зеркало смотрит. Первое время я частенько ему говорила: «Ты эгоист, все время шоу устраиваешь!» Это сейчас я понимаю нашу разницу: ОН звонит, чтобы зарядить дедушку энергией. Вот и получается, что понимание у нас с ним хорошее — позвонить дедушке НАДО, но цели разные».

При этом в таких отношениях родитель будет оказывать хорошее влияние на пополнение стандартных программ выживания, наполнение нижнего блока у ребенка. Отношения погашения помогают ребенку научиться согласовывать его творческие амбиции с использованием стандартных бытовых обязанностей, стать социально приемлемым.

Известно, что наполнение функций в соционической «Модели А» у детей происходит постепенно, начиная с нижних блоков. Сначала активно наполняется блок социальных защит — ограничительная и фоновая функции. Это значит, что интерес к данным аспектам активизирован. Конечно, при этом взрослый блок всегда виден, он «работает» и проявляет себя, просто ребенка интересует тема, которая соответствует активному блоку. Важно поддерживать этот вектор интереса и сознательно наполнять развивающиеся в конкретный период функции.

Пример. «В раннем детстве (до 7 лет), когда у сына наполнялась белая этика, он проявлял повышенный интерес к теме отношений. Например, смотрим вместе с ним книгу, листаем. В какой-то момент он перестает листать и указывает на рассказ: «Вот ЭТОТ прочитай мне, пожалуйста! Он про ЛЮБОВЬ!» Интересно, думаю я про себя, как он узнал, что рассказ про любовь? Смотрю внимательнее, а на странице маленькая картинка, на которой мальчик и девочка стоят и смотрят друг на друга: вроде просто школьники в школе, но чувствуется, что между ними есть что-то. Читаю сыну рассказ, и действительно, оказывается, что он про любовь!

В тот же возрастной период Арсений часто учил дедушку и бабушку общаться. Они оба логики, и правда, не всегда замечают, когда в разговоре начинают друг друга обижать. А маленький мальчик это чувствовал, и в какой-то момент строгим голосом говорил: «Дедушка! Ты как с бабушкой разговариваешь?»

После семи лет у ребенка активизируется интерес к темам по детскому блоку. У Гамлетов — это структурная логика и волевая сенсорика. При этом нельзя не учитывать тот факт, что у Гамлетов этот интерес не слишком велик, и, несмотря на него, способности к сухой логике цифр могут оказаться неглубокими. Математика вряд ли сможет увлечь гуманитарную душу детей этого типа, она не дает им пищи для развития. И если оценивать ребенка, как это принято в традиционной школе, именно по способности справляться с логическими предметами, то это может привести к глубоким стрессам и падению самооценки у подрастающего Гамлета.

Пример. «Я говорю сыну: «Арсений, у тебя в школе всё получится. Не переживай! Мальчик ты у меня умный, а я тоже когда-то сталкивалась с трудностями, однако видишь, нормальная выросла! Главное, чтобы у тебя с учителями сложились хорошие отношения, чтобы ты учителям умел «нравиться»». Я его сознательно переключаю на этику, и это работает: он любит подарочки красиво подарить, может сделать жалостливое лицо, и учителя его любят. Может рассказывать им красочно истории в ключе «я всегда мечтал заниматься музыкой, она мне снится во сне» (и это правда!). Поэтому, если он где-то не выдает традиционно ожидаемую логику и быстрое понимание логических объяснений, учителя прощают этот пробел: «Зато ты у нас такой артистичный и яркий!»

Этико-интуитивным детям приходится прикладывать серьезные усилия, чтобы освоить формальную логику традиционных школьных предметов. И чтобы все силы ребенка не уходили на решение нелюбимых и трудных задач (а в будущем — на нелюбимое дело, нелюбимую работу), то важно позаботиться о максимальной разгрузке этого канала, этой слабой функции. Например, можно избавить ребенка от долгих объяснений, либо просто показывая, как решается задача, либо решая вместе и максимально упрощая объяснение. Не стоит не только требовать пятерок по «логическим» дисциплинам, но даже показывать свое разочарование низкими оценками тонкому и восприимчивому к любому настроению маленькому Гамлету. Важно поддерживать его гуманитарные таланты, всячески развивать их, чтобы ребенок смог поверить в себя, несмотря на свои трудности с математикой.

На этом же этапе развития у интуитивного ребенка может возникнуть восхищение чей-либо «крутостью» или желание помериться силой с кем-нибудь. Но опять же, этот активный интерес по детскому блоку возникает в силу возрастной динамики, он остается неглубоким, и это важно учитывать. Интуитивный ребенок не обладает способностью «продавить» ситуацию, отстоять свою территорию или адекватно оценить свою и чужую физическую агрессию. Здесь ребенок нуждается в поддержке, а не в критике и насмешке типа «ты же мальчик, нельзя быть слабаком!» — которая только подчеркивает его беспомощность.

Кроме того, интуитивный ребенок видит мир очень крупными фрагментами, приблизительно, и такие мелочи, как стоящий на его пути предмет мебели, зажженная свечка или стакан на краю стола, могут ускользнуть от его внимания — даже и в более взрослом возрасте. Поэтому, начиная с самых ранних лет, важно приучать ребенка к простым ритуалам, понятным правилам, нормам дисциплины, шаблонам поведения, которые позволят минимизировать его затруднения по сенсорике — и волевой, и сенсорике ощущений.

Пример. «Когда наступил школьный возраст, перед нами с сыном возникла проблема с оформлением тетрадей и аккуратным выписыванием закорючек в прописях. Замечая какой-то ляп, я не всегда могла сдержать критику или скрыть свое расстройство. При этом я чувствовала, что моё состояние сын хорошо улавливает. Поэтому задача — поберечь его слабые функции (с учетом аналогичных моих слабых функций) — не всегда давалась мне легко, и этот момент вносил напряжения в наши отношения».

Несмотря на активность интереса по определенным вопросам, возникающую в силу возрастной динамики, остается приоритетным акцентировать внимание ребенка на его сильные функции. Ведь нельзя не заметить отличие этических детей от логических в отношении к людям: этико-интуитивые дети обаятельны, контактны и мечтательны, они уже сейчас имеют полную картину взаимоотношений всего класса, они чувствуют, кому нужна поддержка, кто грустит, кого нужно развеселить, а кого лучше не трогать. У них «нюх» на новости, которые вот-вот случатся. Они искренне интересуются людьми. Могут активно, с энтузиазмом зажечь других детей какой-то идеей, заразить желанием играть в какую-то игру. Они уже маленькие пропагандисты и идейные вдохновители, и это свойство будет только развиваться, если получит соответствующую поддержку. Поэтому именно эти способности важно поддерживать, ценить и последовательно развивать в каждый период времени.

Пример. «Если мне обидно или я эмоционально возмущена, то мой сын очень часто делает так: он встает передо мной, разводя руки в стороны и преграждая мне путь, и просит: «Не ходи туда сейчас! Не сейчас!» При этом он смотрит на меня как бы поглощающими глазами. У меня в такие моменты возникает ощущение, что он как «губка» впитывает мое эмоциональное напряжение. Внутри сразу словно что-то сдувается, мне становится легче, чувствую, что уже не хочется возмущаться, хочется пойти попросить прощение, и я говорю сыну: «Ладно. Пойду извиняться!»»

Маленьким Гамлетам подходят гуманитарная деятельность и сфера различных искусств. При грамотной родительской поддержке они становятся замечательными лекторами, воспитателями, педагогами, агитаторами. Очень успешно могут реализовать себя в области искусства, им подходит эмоциональное творчество: актер, музыкант, оратор. Могут стать успешными и в политической деятельности.

Очевидные, несомненные убеждения каждого соционического типа, его глубинные ценности отражаются в понятии «сверхценность», которая утверждает приоритет личностных оценок с базовой функции над социальными оценками с фоновой. В паре в отношениях погашения сверхценности типов работают следующим образом. С 1-й функции информация поступает на 7-ю, с 8-й на 2-ю. Фоновая функция (8-я) тормозит творческую (2-ю): нечего суетиться, изобретать какие-то новые методы, когда есть стандартные решения. Можно сказать и так: «Зачем изобретать велосипед — поищи в библиотеке, там есть простые, отработанные методики».

Нужно понимать, что творчество может включаться и не по делу. Человек не должен упиваться тем, что он изобрел нечто небывалое. Иногда нужно просто механически решить вопрос и переходить к следующему, действительно важному этапу. И погашение здесь очень кстати: оно помогает понять, в какой ситуации творчество не требуется и целесообразнее использовать стандартное решение. Зато оценки с базовой функции укажут на излишнее самоограничение. Так, через эти отношения мы получаем новый ресурс для решения обыденных проблем.

Пример. «Например, я проявляю творчество, пытаясь преподнести сыну сюрприз. Он, конечно же, всегда угадывает, какой сюрприз я подготовила. И когда, допустим, этот сюрприз оказывается не таким, как он ждет (ведь не всегда получается подарить сразу что-то большое — иногда даришь что-то меньшее, но аналогичное), то сын моментально обесценивает всю затею с сюрпризом с сильной восьмой функции. Он демонстрирует разочарование: «Ну, зачем весь этот антураж с сюрпризом? Могли бы меня спросить просто и прямо, что я хочу. Я бы сказал, что купить мне взамен, если нормальный сюрприз не можете сделать».

Наш дедушка Габен кайфует от сюрпризов, а Арсений — никогда. Т.е. для него сам факт, что под новогодней елкой появился подарок, связан с каким-то беспокойством. Сын пишет письма Деду Морозу, но уже не раз пришлось ему пояснять, что Дед Мороз — это не Интернет-магазин, и поэтому не следует заказывать подарки с артикулами по списку. Этот способ ему подсказал друг Робеспьер, пояснив, что каждый раз, указывая подарок и артикул, он находил под елкой заказанное! И Арсений тоже начал выписывать артикулы. Я описывала ему Деда Мороза, как чудо, говорила, что Дед Мороз — это дух, нечто нематериальное и волшебное, что он не обязан делать подарки, но может, если захочет. На что мой сын возмущался: «Зачем тогда все это?… все это волшебство?… этот Дед Мороз… если я не могу получить конкретно то, что желаю?» Гамлету не хочется невозможного — это я замечала не раз. Хотя я сама очень люблю делать сюрпризы и знаю, что умею их делать, вижу, что сын ситуацию с ними оценивает совсем иначе: если ему объявлено, что есть сила, которая исполняет желания, то пусть она будет добра выполнить именно то, что он просит, в противном случае — не надо сюрпризов вообще и уберите этого Деда Мороза, только с толку сбивает».

Взаимодействие сверхценностей погашения

Отношения погашения, или полной противоположности — это отношения с хорошим взаимопониманием между родителем и ребенком, но есть грани взаимных ограничений. Их задача — тормозить нашу поисковую активность, заставить нас оглянуться, разобраться с уже освоенными территориями, обеспечить себе прочный тыл, снять ненужные самоограничения.

Это отношения, в которых один партнер участвует ментальным, а другой — витальным кольцом, т.е. отношения разных уровней. Кроме того, активированные функции партнеров либо обе слабые, либо — обе сильные. При этом одна из взаимодействующих функций принадлежит к личностной, а другая — к социальной грани.

Здесь очень велик соблазн объявить партнера либо несерьезным, либо банальным. Общение разбивается на две существенно различные фазы:

1. взаимодействие по сильным функциям;

 

2. взаимодействие по слабым функциям.

 

Личностно-ограничительная фаза: 1-7

Взаимодействие по сильным функциям. Один бессознательно «закрывает обзор», ограничивая саму основу личности человека, резко погашая ее, ориентируясь на собственные цели, на общепринятые нормы. Стремление оценивать ситуацию, искать нестандартные решения кажется неуместным. Другой участник отношений, сознательно и адекватно оценивая социальную консервативность первого, сохраняет свою личностную позицию по вопросу базовой функции.

Пример. «Вот как выглядят наши взаимодействия ограничительных и базовых функций: Хитренький маленький Гамлет, как только где-то как-то нашкодил, начинает сыпать слова любви: «Ни у кого нет такой мамочки, как у меня! Никому так не повезло с мамочкой, как мне!» Но такие проделки с мамой Достоевским не проходят: я сразу чувствую, что ребенок затеял и ограничиваю его эмоциональные манипуляции. Другой пример: когда сын излишне эмоционален, как мне кажется, я говорю ему: «Не кричи! Почему ты не можешь спокойно сказать? Говори нормальным голосом. Чего ты устраиваешь? Ты думаешь, я глухая? Веди себя прилично».

В свою очередь, сын своей базовой функцией снимает мои самоограничения по этике эмоций. Арсений научил меня слушать музыку совсем по-иному! С самого детства у него была яркая чувствительность к этому процессу, поэтому он не любил музыкальные игрушки даже с полифоническим звучанием — это не то качество, и не тот уровень. Сын хотел слушать диски с качественно записанной музыкой, ему очень нравилось хорошее, полноценное звучание! И он любил не банальные детские песенки, а например, «Колыбельные народов мира», «Битлз» и др. Сейчас он уже давно сам скачивает из Интернета классическую музыку и просит вместе послушать. И я понимаю, что именно ему нравится и что там нравится мне. Иногда наши вкусы не совпадают, и тогда он выискивает кусочки и бежит ко мне со словами: «Мамочка! Вот это точно для тебя!» И верно, угадывает! Сейчас он сам сочиняет музыку, и учителя в музыкальной школе не знают иногда, как его учить: он не хочет играть простые произведения, а навыка играть сложные — пока нет».

 

Творческо-оценочная фаза: 2-8

Взаимодействие по сильным функциям. Один из участников отношений бессознательно «прикрывает собой» другого от социальных напряжений, быстро схватывает и адекватно оценивает творческие идеи и выходит на другой уровень. Цели у него другие, но стимулирует творчество он очень эффективно. Второй участник при этом сознательно учитывает в творческих проявлениях как новую для себя информацию, так и оценку социальной приемлемости своих «изобретений».

Пример. «Арсений чувствует, что я хочу сказать ему или кому-то в определенном состоянии, и он останавливает меня: «Мамочка, не сейчас!» И в такие моменты я ощущаю, что он прав по поводу несвоевременности момента. Переключаюсь, останавливаю себя, и либо говорю уже из другого эмоционального состояния, либо откладываю разговор до более подходящего времени».

 

Суггестивно-ролевая фаза: 3-5

Взаимодействие по слабым функциям. Это «хоровод», где партнер «затягивается», бессознательно, по-детски программируется блеском и социальными играми другого в ситуации адаптации в обществе. Искреннее пассивное любование и ожидание надежной опоры несколько преувеличено и сковывает свободу маневра партнера, т.к. проявлять поддержку его вынуждают осознаваемые им общественные нормы.

Пример. «Мой сын, еще в раннем детстве узнав, что моя работа — учить, объяснять, чувствовал в этом надежность и выражал за этим ожидание и надежду: «У меня умная мама, она все мне объяснит».

До рождения ребенка я работала в школе, и когда ушла в декрет, то получилось, что «бросила» свой первый класс, не доведя детей до выпуска из начальной школы. А когда эти дети начальную школу закончили, то меня пригласили на выпускной. Я туда пришла уже вместе с сыном, мы вошли в класс, и тут все дети встали, начали хлопать и говорить: «Ой, Анастасия Александровна, как мы Вам рады!» Я на руках с сыном вышла к доске, а родители мне говорили: «Мы так Вам благодарны, не переживайте, что детей другие учителя доучивали, Вы их очень хорошо научили, они о Вас вспоминают!» Я помню его реакцию: сын был впечатлен, после этого стал у меня спрашивать подробно про работу, а я объясняла, что этих детей учила писать и читать. И он сразу с уговором: «А ты меня научишь?» Чувствовалось его «любование» мной: «Мамочка, ты у меня такая крутая! Всему меня научишь!»

 

Конфликтно-референтная фаза: 4-6

Взаимодействие по слабым функциям. Один участник отношений бессознательно пытается перекинуть на другого свои нерешенные проблемы и ответственность с референтной функции, но они попадают на болевую. Другой старается «сбросить» «давящего» партнера со своей болевой точки, уйти от контакта — возникает оценка социальной неприемлемости.

Пример. «Ожидания моего сына в поддержке по черной сенсорике часто бывают очевидны. А я не могу оказать ему поддержку с болевой функции. В таких ситуациях я порой ощущаю себя неловко, хотя понимаю, что происходит и что мы оба «проседаем». Например, на детской площадке он жаловался: «Мама, у меня Ваня забрал лопатку!», а если Ваня — упертый и родители у него подобные, то мы в такой ситуации собирались и уходили. Я говорила: «Мы больше на эту площадку не пойдем». Сын переживал, что мы «проиграли». А я понимала, что в этой ситуации не могу оказать сенсорную поддержку и отстоять свою территорию.

Или вот такая ситуация. Когда к нам в гости приходили друзья, то часто бесцеремонно брали игрушки сына. Арсений мне жаловался: «Они берут мои игрушки!», а мне было неловко сказать им что-либо, потому что мы сами их в гости пригласили. Потом стала заранее говорить сыну: «Игрушки убирай на полку». Но все равно, то, что он не убрал, у меня не получалось отстоять.

Из-за этого он начал обманывать. Ведь черная сенсорика — это еще и сила желания. Например: он чего-то хочет, а я не могу сразу его осадить и сказать твердо либо нет, либо да. При этом его мимолетные «хотелки» я не воспринимаю серьезно, а скорее, неопределенно: ведь у меня самой таких сильных желаний не бывает, и кажется, что и он потерпит. Но оказывается, что этот мой «провал» по слабой функции и неучитывание в достаточной мере «хотелок» по черной сенсорике может приводить к критической точке. Например, у сына в «Лего» не хватало какой-то детали, он ее очень хотел, а она имелась у кого-то другого. И он забрал, присвоил себе эту детальку. Его поймали на этом и говорят: «Арсений, у тебя же есть одна деталька без набора, а у нас она пропала». А он отвечает, что это его деталька. У меня сразу сильнейшее огорчение, я недоумеваю, неужели это воровство, и одновременно такой идиоткой себя чувствую, что подобное о сыне думаю».

Отношения погашения разрушаются, когда один из партнеров бессознательно занимает эгоистическую позицию, ожидая, что другой возьмет на себя решение его проблем. На приведенных примерах видна вся внутренняя противоречивость и неустойчивость отношений погашения, поэтому партнеры могут их реализовать только вдвоем. Любой третий участник вносит дополнительные напряжения и связи, разрушающие эти, и без того неустойчивые, отношения. Он перетягивает внимание обоих партнеров на себя, поскольку все остальные отношения более плотные.

В отношениях погашения родителю очень важно активно обмениваться с ребенком информацией в аспекте «клубных интересов», в данном случае — максимально расширять кругозор ребенка по вопросам этики и интуиции, развивать и наполнять сильные природные стороны ребенка, опираясь на свой родительский опыт и экспертное восприятие. Но при этом стоит учитывать, что, несмотря на похожесть сильных сторон ребенка и родителя и быстрое взаимопонимание по этим аспектам, ребенок видит мир с другой позиции, уровня и направления, поэтому вероятны частые несостыковки в акцентах — интерес близкий, но ценится в этом интересе ребенком не то, что казалось ценным родителю. И здесь для родителя чрезвычайно важно осознавать свои, порой автоматические, порывы (что естественно для проявлений нижнего блока) ограничить ребенка и переориентировать его на привычный угол зрения.

Кроме того, стоит учитывать, что для такого ребенка является стимулом к активным проявлениям, и поощрять их, несмотря на порой возникающее ощущение чрезмерности эмоциональной активности ребенка. Гамлет гордится уникальностью своего творчества, необычностью своих творческих находок. Он с удовольствием занимается разнообразными видами искусства — нестандартными, новыми и необычными, имеющими перспективу. А если он осваивает традиционные виды искусства, например, музыку или актерское мастерство, то постарается создать в этом направлении нечто такое, что до него никто не делал. Эту уникальность важно видеть, отмечать творческую составляющую и поощрять — хотя у родителя Достоевского может возникать, как первая реакция, некоторое отторжение креативных находок ребенка и желание умерить его пыл: зачем так делать — так не принято, так не делают».

При этом для наполнения слабых функций маленького Гамлета родителю Достоевскому желательно создавать возможности для общения ребенка со взрослыми подходящих типов: это могут быть родственники, няни, воспитатели, учителя, которые дополнят эмоции Гамлета логикой и смогут оказать своевременно волевую поддержку увлекающемуся и часто испытывающему сложности с дисциплиной ребенку.

ЛИТЕРАТУРА

Е.А. Удалова «Уроки соционики-2, или Секреты наших отношений», Москва, 2007

Е.А. Удалова «Соционика в работе с персоналом, или что показывает MBTI», Москва, издательство «Колесо Самсары», 2006

М. Фролова «Отношения активации при преподавательской работе в дополняющем режиме в паре Робеспьер — Дюма», Москва, 2009

В. Гуленко, В. Тыщенко «Юнг в Школе. Соционика — межвозрастной педагогике», издательство Новосибирского университета, 1998

А.В. Букалов «Структура и размерность функций информационного метаболизма», СМиПЛ №2, Киев, 1995

В.В. Миронов, Л.А. Кочубеева, М.Л.Стоялова «Семантика информационных аспектов», 3-е издание, СПб., 2011

О.Б. Карпенко «Признаки Рейнина: происхождение, существование, применение», СМиПЛ №6, 2002

 

Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко Как из лего сделать машину легко

Лучшие статьи:



Поделка для 1 класса из картона

Рамка для поздравления парню

Как сделать молочный чай дом

Схема соединения кабеля a и b

Пошаговая прическа на выпускной